Интернет как иллюзия, майа и цепь страданий

Лопата вот тоже хороший инструмент, но книг «Лопата, как иллюзия» почему-то никто не пишет. Черт, опять Интернет какой-то особенный. Сейчас разберемся.

Начнем с главного вопроса, который неизбежно возникает у всех потенциальных читателей: да, автор книги из Беларуси. Тем не менее, несмотря на (судя по первому взгляду на заголовок) «луддитскую» тему, он не является представителем «ватного» дискурса — я, может, и не вполне нормален, но настолько низко я еще не пал. Напротив, чуть ли не ключевой вопрос, который автор ставит в книге это вопрос о том, каким образом условный запад может проводить политику распространения демократии в мире (но, внезапно, не с неоконсервативных позиций), книга изначально издана на английском языке и только потом переведена на русский, в общем, не волнуйтесь, тут все свои. За подробностями биографии автора я отсылаю вас к Викимафии, а мы, сделав эту существенную оговорку, переходим к, собственно, рецензии.

В первую очередь заметим, что книга была опубликована в 2011 году (русский перевод якобы чем-то  там таким дополнен, но хорошо видно, что текст описывает ситуацию по состоянию именно на 2010 год). На этот момент, не то что в президента Трампа — даже в реалистичность его номинации от Республиканской партии не верил абсолютно никто, а Британия надежно (ну, да, насколько про них можно сказать «надежно») пребывала в составе ЕС. Таким образом, в отличие от целого ряда других работ, «Обратная сторона» не представляет собой то, что по английски называют 20/20 hindsight, а по русски — «задним умом крепок». Тем интереснее узнать, что в 2010 году заставляло автора задуматься об опасностях, связанных с распространением Интернета.

Я пока не успел прочитать остальные произведения Морозова, но из литературы можно заключить, что он (не особенно успешно) продвигает самоочевидный для нормальных людей (но, почему-то, совершенно не очевидный для широких народных масс) тезис о том, что нет, информационные технологии не являются средством от всех проблем, которое само по себе, без каких-либо усилий со стороны общества и государства, приведет нас к светлому будущему. (Кстати, в книге приводятся отличные цитаты на тему того как телеграф, радиовещание, авиация и водородная бомба должны были, по мнению технооптимистов соответствующих исторических периодов, избавить человечество от войн и привести к миру и взаимопониманию между людьми).

В книге «Интернет как иллюзия» Морозов разбирает частный случай, следующий из приведенного выше утверждения, а именно — распространение Интернета, само по себе, не приводит к демократизации общественной жизни, более того — авторитарные правительства часто эффективнее демократических используют сеть в своих целях.

Значительная часть текста посвящена примерам массовой веры западных политиков, аналитиков и ученых в мистическую демократизирующую силу Интернета вообще и социальных сетей в частности. В тексте приводится множество совершенно замечательных цитат, из которых следует, что, если много твитить, лайкать и шерить, то «оковы тяжкие падут» и все авторитарные режимы развалятся сами. При этом, реальные исследования роли социальных сетей, например, в иранских акциях протеста в 2009 году показывают, что особой роли социальных сетей в этих акциях не было (а та, что была, играла примерно поровну в обе стороны).

В этой связи невозможно не вспомнить, что Революцию Достоинства, как известно, начал лично Мустафа Найем каким-то там постом в Facebook (у меня так и не дошли руки его прочитать), а без него бы, конечно, Янукович все еще наслаждался бы обладанием золотым батоном. Абсурдность этого утверждения очевидна, наверное, всем, кто был в тот день на Майдане, и, тем не менее, я почему-то слышу историю про великого фейсбучного революционера Мустафу примерно раз в месяц.

На примере конкретных ситуаций в Иране, Китае, Венесуэле и других странах, автор очень наглядно показывает абсурдность представления о том, что, «узнав всю правду», граждане возмутятся, и пойдут свергать авторитарный режим. Такое представление еще отчасти простительно странам с сильными традициями демократии, но нам-то вроде должно быть вполне понятно — автор приводит соответствующие примеры — что свободное распространение информации часто как раз непропорционально усиливает голоса всяких на всю голову сумасшедших, от Аль-Каиды до сторонников «ДНР». Как верно отмечает Морозов, на фоне некоторых иранских блоггеров аятолла Хаменеи выглядит душкой-либералом и образцом прогрессивно мыслящего человека. Поиск аналогий в отечественном информационном пространстве и информационном пространстве «ближнего зарубежья» оставляется в качестве самостоятельного упражнения читателю. А в свете последних событий хорошо видно, что особого иммунитета к описанному процессу нет и на Западе.

Более того, автор приводит и блестяще иллюстрирует тезис о том, что в странах с авторитарными режимами Интернет не только «отвлекает народные массы от классовой борьбы» с помощью широкого ассортимента развлекательного контента (от котиков до порнографии) но и, что более важно, оказывается замечательным инструментом в руках тайной полиции (Морозов пишет для США, поэтому ему положено называть спецслужбы «тайной полицией» 🙂 мы не обижаемся). Отвлекаясь на секунду от текста книги, интересующимся рекомендую почитать о китайских экспериментах по контролю над обществом с помощью «лайков и шеров» (моя ссылка на Викимафию, более развернутых текстов миллион, гуглите сами).

Последняя мысль автора, о которой нельзя не сказать, заключается в том, что бороться «за свободу информации» глупо и непоследовательно, во всяком случае — до тех пор, пока кто-нибудь не объяснит нам, в чем, собственно, таковая свобода заключается. Идея, что Интернет можно не регулировать вообще никак явно не работает (странно было бы, если бы она работала, добавлю я от себя), и заявления США о нехороших диктаторах, стремящихся ограничить Интернет будут выглядеть странно (или, скажем сильнее, лицемерно) до тех пор, пока американские политики сами для себя не решат, в какой мере и как именно государство может (и должно) формулировать правила игры в сети и следить за их соблюдением. Потому что, даже дятлу понятно, что свобода прессы не означает, что деятельность прессы должна находится вообще за пределами законодательного поля. То же самое должно работать и в случае с Интернетом. До тех пор пока Запад не придумает хорошей модели работы с Интернетом хотя бы для внутреннего пользования, авторитарные режимы будут иметь железобетонный аргумент «ну, вот вы же запретили что-то, почему бы нам не запретить вообще все».

Обобщая вышесказанное, автор (со ссылками на соответствующие работы) пытается показать ошибочность киберутопизма, то есть идеи о том, что социальные и политические проблемы имеют технические решения. Об этом лучше почитать в самой книге, а не с моих слов 🙂 я же приведу пример из жизни. Никакой блокчейн, и никакая бигдата не поможет улучшить качество воды в киевском водопроводе, потому что проблема киевского водопровода не в недостатке качественных данных о проблемах с водой, а в том, что — сюрприз — даже на имеющиеся посредственные данные никто толком не реагирует. И тому есть миллион причин: коррупция, отсутствие общественного интереса к проблеме, бедность, странное распределение налогов между городским и национальным бюджетом, и так далее. И очень соблазнительно вместо комплекса социальных, политических и экономических проблем, который никто толком даже не понимает, увидеть проблему, например, в недостаточно прозрачных тендерных процедурах и в качестве решения запилить систему ProZorro. (Я ничего не имею против этой системы, и с ней лучше, чем без нее, но социальных проблем она не решает). У Морозова на эту тему есть более академические рассуждения, поэтому за более строгим доказательством этой идеи и ссылками на статьи — туда.

В качестве comic relief напоследок приведу цитату и русского перевода книги, которая показывает, насколько некоторые из нас склонны видеть все через призму технологий.

«На первый взгляд прекрасная идея: очень похоже на “Радио Свобода” на стероидах. Кроме того, интернет — это дешево: нет нужды оплачивать программирование, трансляции и, если остальное ни к чему не привело, пропаганду.»

Это вот «программирование» это, если по-русски, «создание вещательной сетки» 🙂 Интересно, понял ли это кто-то — кроме носителей профессионального жаргона — до моего пояснения.

You may also like...